Основные программные установки октябристов



33. Программа партии октябристов

Особенности социальной природы октябристов, эволюция их целей и задач нашли свое логическое отражение в истории создания и развития партийной программы.

Одно из центральных мест в программе занимал вопрос о характере и структуре государственной власти в России. Так, в параграфе I программы партии было записано: «Российская империя есть наследственная конституционная монархия, в ко­торой император, как носитель Верховной власти, ограничен постановлениями основных законов». В мае 1907 г. на II съезде партии в этот параграф было внесено дополнение: «Государс­тво российское есть единое и нераздельное».

Октябристы были убеждены в том, что после манифеста 17 октября 1905 г. Россия стала конституционной монархией, а сам «конституционный монарх» уже выступает как верховный вождь всего своего народа, принимает активное участие как в законодательной, так и в исполнительной власти. Из полного текста программы, других партийных документов, из речей ли­деров «Союза 17 октября» видно, что для октябристов монархия представляет собой воплощение великой русской исторической традиции, поэтому в ней они видели и для будущего ту силу, ко­торая сможет осуществить обновление России, обеспечить мир и спокойствие в стране. «Монарх, — подчеркивал в своем выступ­лении на I съезде партии октябристов Д. Н. Шипов. — выше всех политических партий, и поэтому свобода и право каждого граж­данина наиболее обеспечены при конституционной монархии».

Октябристы считали, что в структуру высшей государственной власти России должны войти: монарх, одновременно царствующий и управляющий; двухпалатное народное пред­ставительство, состоящее из нижней палаты — Государствен­ной думы и верхней палаты — Государственного совета.

Дума должна формироваться на основе цензовых выборов, прямых в городах и двухступенчатых в остальных местностях. Государс­твенный совет, по идее октябристов, должен формироваться как узкоцензовый орган, половина членов которого назначается мо­нархом. Он призван обеспечить преемственность законодательства, исправлять и корректировать решения нижней палаты; отвергнутое Государственным советом постановление должно опять возвратиться в Думу, а если нижняя палата остается при своем первоначальном решении, то, по мнению октябристов, проект закона уже не возвращается в Государственный совет, а предоставляется царю, которому и должно принадлежать право окончательного решения.

Таким образом, в распределении прав между народным представительством и монархом октябристы делали явное предпочтение в пользу последнего. Без царской санкции не мог вступить в силу или быть отменен ни один за­кон. К тому же царю принадлежало право назначения и смеще­ния министров.

При таких условиях провозглашенный в программе «Союза 17 октября» контроль законодательных палат за «законностью и целесообразностью действия правительственных органов» был фикцией. Реально обе палаты получали лишь право законода­тельной инициативы, запроса, утверждения правительственно­го бюджета. После опубликования 23 апреля 1906 г. «Основных законов» октябристы согласилась с той структурой государс­твенной власти, которая была предложена царским режимом и просуществовала вплоть до Февральской революции 1917 г.

Определенное внимание в программе октябристов было уделено экономическим и социальным вопросам.

Наиболее важным и сложным октябристы считали аграрный вопрос. Отвергая национализацию и муниципализацию земли, которую предлагали большевики и меньшевики, а также высту­пая против кадетского лозунга принудительного отчуждения части помещичьей земли за выкуп, октябристы доказывали, что решение аграрного вопроса в России состоит не в ликвидации помещичьего землевладения, а в замене экстенсивных форм ве­дения крестьянского хозяйства более интенсивными. В целях создания «крепкого» крестьянина-собственника октябристы предлагали провести целую систему мер, суть которых сво­дилась к следующему: создание мелкой земельной собствен­ности на отрубных и хуторских участках; расселение крестьян поселками для уничтожения вредных влияний длинноземья и наделов; ликвидация чересполосицы; содействие широкому развитию крестьянских кустарных промыслов, мелкому крес­тьянскому кредиту, поощрение сельскохозяйственной промыш­ленности и связанных с ней сельскохозяйственных технических производств; организация доступной населению агрономичес­кой помощи и распространение сельскохозяйственных знаний; передача в законодательном порядке местным крестьянам ка­зенных, удельных, кабинетских и других земель, находящихся в распоряжении государства; организация переселения избы­точного населения на свободные земли и т. д.

Как видим, основной акцент в октябристской аграрной про­грамме был сделан не на земельном, а на хозяйственно-право­вых вопросах, которые призваны были, как считали октябристы, уравнять крестьян в правах с остальными гражданами. Правда, в отличие от Столыпина, делавшего ставку на сравнительно уз­кий круг «крепких» крестьян, октябристы рассчитывали на то, что им удастся в относительно короткий срок создать широкий слой зажиточного крестьянства, которое и должно было стать массовой опорой режима.

В программе «Союза 17 октября» определенное место от­ведено рабочему вопросу. Успешное решение этого вопроса рассматривалось в органической связи с «правильно» развива­ющейся промышленностью страны. Однако истинная позиция октябристов по рабочему вопросу наиболее четко проявилась при обсуждении серии правительственных законопроектов в III Думе: о страховании рабочих от несчастных случаев, про­фессиональных заболеваний, о создании страховых учрежде­ний и др. Если кадеты призывали предпринимателей пойти на «некоторые жертвы» во имя установления классового мира, то правооктябристское большинство III Думы .отвергло наиболее важные поправки кадетов. Правые октябристы предлагали воз­ложить издержки по лечению рабочих на больничные кассы и освободить от этого предпринимателей. Не менее негативное отношение октябристов и к вопросу сокращения продолжи­тельности рабочего дня для рабочих и служащих. Эту меру они допускали только для рабочих, занятых на особо вредных для здоровья производствах.

В области финансово-экономической октябристы предпола­гали «осуществить рациональную и справедливую налоговую систему и переложить податную тягость с более слабых плеч на более сильные». По мнению октябристов, первостепенное внимание необходимо было уделить индустриализации страны. Решение вопроса связывалось с мобилизацией внутренних ре­сурсов и резервов. При этом важнейшим источником должны стать внутренний рынок и более активная поощрительная фи­нансовая помощь промышленности со стороны государствен­ной казны. Октябристы полагали, что политические и граж­данские свободы, провозглашенные манифестом 17 октября, должны «вызвать дух смелой энергии и предприимчивости, дух самодеятельности и самопомощи», без чего немыслимо возрождение страны.

Выступая за расширение и дальнейшее развитие внутренне­го рынка как одного из коренных вопросов развития промыш­ленности и торговли, октябристы ратовали за дальнейшее раз­витие внешней торговли. Они предлагали пересмотреть торго­вые договоры с Германией. США. Китаем, Болгарией, Сербией, учредить специальный банк на Балканах и т. д.

В решении национального вопроса октябристы всецело сто­яли на узконационалистической и великодержавной позициях царизма. Отсюда вытекало их требование сохранения «единой и неделимой» России. Подтверждением тому стало активное голосование октябристской фракцией III Думы в мае 1910 г. вместе с черносотенцами за законопроект, который был направ­лен против автономии вообще, включая Финляндию. В июне 1910 г. октябристы оказали полную поддержку правительствен­ным законопроектам относительно уравнения в правах русских подданных в Финляндии и об отбывании воинской повинности финскими гражданами.

Националистическую позицию занимали октябристы и в еврейском вопросе. На деле они были решительными против­никами равноправия евреев. Правда, в ходе революции 1905-1907 гг. часть левых октябристов высказалась за немедленное предоставление евреям гражданских прав в полном объеме. Центристы «Союза 17 октября» стояли за так называемое по­этапное решение еврейского вопроса, суть которого сводилась к следующему: 1) предоставить евреям свободу передвижения, но сохранить за населением отдельных местностей право не до­пускать евреев; 2) евреи без ограничения принимаются в сред­ние и высшие учебные заведения, но только в том случае, если остались свободные места; 3) евреи допускаются к участию в местном самоуправлении, в частных обществах и союзах, но в определенном соотношении и т. д. Правое же крыло октябрис­тов, их западные и юго-западные отделы решительно выступа­ли против введения равноправия евреев в Российской империи. Более того, они принимали самое активное участие вместе с черносотенцами в травле евреев, особенно в связи с так назы­ваемым делом Бейлиса в 1911-1912 гг.

Право обучения в начальной школе на родном языке октяб­ристы намеревались предоставить только полякам, литовцам, немцам, татарам, эстонцам, латышам, армянам, чехам и грузи­нам. Белорусского вопроса для октябристов вообще не сущес­твовало: Беларусь для них оставалась Северо-Западным краем России.

В области внешней политики октябристы поддерживали правительственный внешнеполитический курс.

Правда, на первых порах в их деятельности наблюдалась определенная двойственность в выборе внешнеполитической ориентации: с одной стороны, октябристы ориентировались на союз с Францией и соглашение с Англией, а с другой — на союз с Японией и даже с Германией. Однако во время Боснийско­го кризиса 1908-1909 гг., дальнейшего обострения отношений между ведущими капиталистическими державами по проблеме Балкан, Ближнего и Среднего Востока октябристы фактически сближаются в этом вопросе с кадетами. С началом Первой ми­ровой войны они заявили о своей полной поддержке царского правительства, прекратили всякую оппозиционную деятель­ность и на заседании Думы 26 июня (6 августа) 1914 г. дали торжественную клятву поддержать военные усилия царского правительства. Эту клятву они соблюдали до конца.

Источник

Политическая программа октябристов и их деятельность

Многие историки расценивают октябристов и близкие к ним партии как консервативных либералов. И. В. Нарский оспаривает эту точку зрения. Как он считает, сам термин «консервативный либерализм» является слишком размытым и неточным для идентификации партийных образований. В российских условиях соединение понятий «либерализм» и «консерватизм» является аномалией, поскольку первое понятие было синонимом… Читать ещё >

Политическая программа октябристов и их деятельность ( реферат , курсовая , диплом , контрольная )

1. Создание Союза 17 октября 1905 года. Программа и её выполнение

2. Деятельность октябристов до февраля 1917 года

Вступление императорской России в решающую фазу процесса модернизации на рубеже XIX — XX вв. характеризовалось кризисом структур традиционного общества, попытками лучших представителей власти и интеллигенции направить ход политического процесса в русло формирования основ правового государства. Государственные реформы, предпринятые самодержавием под воздействием революционных потрясений 1905 г., стали началом процесса формирования легальных политических партий либеральной направленности. Их деятельность стала первым опытом внедрения основ конституционализма в политическую жизнь России.

Партия Союз 17 октября (октябристы) представляла консервативное крыло либерального движения и начала формироваться в ноябре 1905 г. из умеренной части земского оппозиционного движения, признавшего Манифест 17 октября поворотным пунктом в истории России.

Главной своей целью октябристы объявили оказание «содействия правительству, идущему по пути спасительных реформ».

Октябристы открывали свою программу требованием сохранения единства и нераздельности Российского государства, «его исторически сложившегося унитарного характера».

Читайте также:  Сколько стоит установка одного анкера

Социальный состав партии был довольно однородным. К ней тяготела крупная, преимущественно московская торгово-промышленная и финансовая буржуазия, помещики. Среди октябристов было немало отставных военных чинов, представителей профессуры, инженеров, управляющих частными предприятиями.

В работе рассматривается политическая программа октябристов и их деятельность до Февральской революции 1917 г.

1. Создание Союза 17 октября 1905 года. Программа и её выполнение

октябристы партия союз

Среди правых (про правительственных) партий заметную роль в политической жизни страны играл «Союз 17 октября» (октябристы), принял это название в честь царского Манифеста 17 октября 1905 г., который, как считали октябристы, знаменовал собой вступление России на путь конституционной монархии. Организационное оформление партии началось в октября 1905 г., а завершилось на I ее съезде, состоявшемся 8 — 12 февраля 1906 г. в Москве. Это была партия крупного капитала — верхов торгово-промышленной буржуазии и помещиков — предпринимателей. Возглавил ее крупный московский домовладелец и промышленник А. И. Гучков , «прирожденный политик», высокообразованный блестящий оратор и публицист, экстравагантный, склонный к авантюризму.

Октябристы ставили своей целью «оказать содействие правительству, идущему по пути спасительных реформ». Они выступали за наследственную конституционную монархию, в которой император, как носитель верховной власти, ограничен постановлениями «Основных законов». Выступая против неограниченного самодержавия, октябристы были и против установления парламентарного строя, как неприемлемого для России политически и исторически. Они стояли за сохранение конституционным монархом титула «самодержавный»; предусматривали введение двух палатного «народного представительства» — Государственной думы и Государственного совета, формируемых на основе цензовых выборов — прямых в городах и двухстепенных в сельской местности. Гражданские права в программе октябристов включали свободу совести и вероисповедания, неприкосновенность личности и жилища, свободу слова, собраний, союзов, передвижения. В национальном вопросе октябристы исходили из принципа сохранения «единой и неделимой России», выступая против любой формы «федерализма». Исключение они делали лишь для Финляндии, при условии ее «государственной связи с империей». Допускали культурную автономию для других народов России.

Социальная программа октябристов сводилась к следующему. Для разрешении аграрного вопроса они предусматривали передачу крестьянам через особые земельные комитеты пустующих казенных, удельных и кабинетских земель, а также содействие покупке земли крестьянами «у частных владельцев» при посредстве Крестьянского банка, требовали возвращения крестьянам отрезков, произведенных от их наделов в 1861 г. Октябристы допускали и «принудительное отчуждение» части частновладельческих земель с обязательным вознаграждением владельцев за счет казны. Они выступали за регулирование аренды, переселение малоземельных и безземельных крестьян на «свободные земли», требовали уравнения крестьян в правах с остальными сословиями, активно поддерживали Столыпинскую аграрную реформу.

Октябристы признавали свободу рабочих организаций, союзов, собраний и право рабочих на стачки, но только на почве экономических, профессиональных и культурных нужд, при этом на предприятиях, «не имеющих государственного значения». Они выступали за ограничение продолжительности рабочего дня, но не в ущерб промышленникам, введения страхования рабочих, требовали сокращения налогового обложения населения. Они были сторонниками расширения народного образования, декларировали необходимость реформы суда и административного управления.

Государственное устройство октябристы представляли как конституционную монархию с Государственной думой. Они выступали за «сильную монархическую власть», но за необходимость проведения реформ, обеспечивавших свободу буржуазному предпринимательству. Свобода промышленности, торговли, приобретения собственности и охрана ее законом — главные программные требования октябристов.

В 1905 — 1907 гг. «Союз 17 октября» насчитывал до 30 тыс. членов. Его печатным органом была газета «Голос Москвы». В 1906 г. октябристы издавали до 50 газет на русском, немецком и латышском языках.

Как и кадетская партия, «Союз 17 октября» была весьма аморфным политическим образованием, напоминавшим скорее дискуссионный клуб, причём даже в большей степени, чем кадеты. Ситуацию усугубляли облегчённый приём в её ряды и допускавшееся параллельное членство в других партиях. Наиболее активные члены партии вели агитационно-пропагандистскую работу главным образом в период избирательных кампаний в Думу и прекращали всякую деятельность после выборов.

Вошедшие же в «Союз» «родственные партии и группы» зачастую связывали своё вступление в партию не с проведением реформ в духе октябристской программы, а, прежде всего с необходимостью консолидации сил для борьбы с революцией. Например, совет тульского Союза «За царя и порядок» постановил «присоединиться к „Союзу 17 октября“ на автономных началах для совместной борьбы с крайними партиями».

Сами октябристы в годы революции 1905;1907 гг. делили все партии на три большие группы: левые, правые и партии центра. Свою партию они ставили в центре, называя ее конституционно-монархической. К своим союзникам октябристы причисляли Торгово-промышленную партию, Партию правового порядка, Прогрессивно-экономическую партию и другие близкие организации. Кадетов они считали радикалами, левыми, оппозицией, но не смешивали с революционерами. Октябристы не включали себя в один политический лагерь с кадетами.

В среде октябристов термин «либерализм» не пользовался популярностью и редко применялся по отношению к своей партии из-за его расплывчатого и неясного характера. «Либерализм» ассоциировался с привнесенными извне западными идеями, а октябристы подчеркивали свою «почвенность». Правящие круги истолковывали этот термин как синоним неблагонадежности и чуть ли не революционаризма. Немаловажное значение играл и образ либерала, созданный русской литературой; ему были свойственны благодушие и мягкотелость, неверие в «темный народ», боязнь революции и вера в благоразумие власти. В агитационно-пропагандистской литературе октябристы, как, впрочем, и кадеты, подчеркивали демократизм и конституционализм своей партии. Впрочем, лидер октябристов А. И. Гучков в своих речах иногда связывал октябризм с либерализмом; бывали случаи, когда на местах в 1905;1906 гг. возникали близкие к октябристам политические организации, использовавшие термин «либерализм» в своем названии: в Омске — Русский либеральный союз, в Перми — Конституционно-либеральная партия. Обе они примкнули к Союзу 17 октября. Позднее, в эмиграции, некоторые октябристы относили свою партию к умеренно-либеральным течениям общественной мысли.

2. Деятельность октябристов до февраля 1917 года

Первая российская революция явилась временем одновременно и рождения, и расцвета «Союза 17 октября». В этот период партия октябристов функционировала как полноценная политическая организация — с сетью местных организаций и определенной социальной базой. Позже эта база «уплыла» к кадетам, а сама партия фактически перестала существовать. В 1907;14 гг. партия октябристов последовательно двигалась к полному развалу, а ее деятельность практически не выходила за рамки Думы. При этом думская фракция октябристов совершенно не принимала во внимание решения октябристского ЦК. По своему составу она была крайне разношерстной. Этим объяснялись ее бесконечные колебания, частые пересмотры решений. Внутри думской фракции октябристов были сильны центробежные течения. Численность ее постоянно сокращалась — со 154 человек в начале работы III Думы до 121 в конце и 98 в IV Думе. Полным провалом закончилась и думская тактика октябристов. Они приняли предложение П. Столыпина создать союз с целью провести через III Думу правительственную программу реформ. Пока Столыпин соблюдал хотя бы видимость этого договора, октябристы выполняли в Думе роль правящей партии. Как правило, они блокировались с умеренно правыми и отвергали предложения кадетов о создании «конституционного центра» по проведению реформ (28, «https://referat.bookap.info»).

Однако после ряда кризисов в отношениях Думы с правительством в 1909;11 гг. октябристская фракция начала осторожно критиковать действия правительства и по ряду вопросов выступать заодно с кадетами и прогрессистами. В ноябре 1913 г. на конференции «Союза 17 октября» Гучков прямо заявил о переходе октябристов в оппозицию правительству, отказавшемуся от проведения реформ. Однако правое крыло «Союза 17 октября» и большая часть его думской фракции не поддержали Гучкова. В результате фракция октябристов в Думе раскололась на три части: земцев-октябристов (65 человек), собственно «Союз 17 октября» (22 левых октябристов) и беспартийных (15 наиболее правых октябристов). К 1913;14 гг. полностью распалась и сама партия октябристов, а ее местные отделы прекратили всякую деятельность. Произошло это в силу того, что «Союз 17 октября» утратил те позиции, которые он имел в годы первой российской революции в среднем классе. Фактически октябристы пожертвовали этими позициями в угоду интересам узкого слоя крупных промышленников и помещиков юга России, желавших не радикальных реформ, а «полюбовного» соглашения с самодержавием.

В октябристской партии, в отличие от кадетской, было мало деятелей теоретического склада. Большая часть дошедшего до нашего времени материала носит публицистический, просветительский или полемический характер. Внимание авторов октябристов (А.И. Гучкова, В.М. Петрово-Соловово, П. С. Чистякова и др.) было сосредоточено на вопросах, связанных с выяснением положения партии среди других политических объединений, конкретизацией её политической платформы и разъяснением отношения партии к введенным Манифестом 17 октября «началам».

П.Н. Милюков, отдавая дань уважения умеренно-либеральной программе «Союза», одновременно поверг его критике, считая октябристов «вчерашними монархистами, ставшими конституционалистами поневоле», по «высочайшему повелению».

Сближение кадетов и октябристов в IV Думе, их сотрудничество в рамках Прогрессивного блока говорят о консолидации либеральных сил. Но это единение носило лишь временный тактический характер, основанный на неприятии политики верховной власти. Основные противоречия между либеральными партиями никуда не делись — они лишь отошли на второй план. Это показывает история кадетской партии после падения самодержавия. К тому времени Союз 17 октября как организационная структура уже перестал существовать и, по наблюдениям историков, часть бывших октябристов пошла в кадетскую партию. Позднее, в эмиграции, Милюков так описывал этот процесс: «Явившись во время февральской революции в роли не оппозиции, а сторонницей сильной власти и противницей колеблющейся левой социалистической тактики, кадетская партия привлекла в свои ряды политических деятелей более право-настроенных и до тех пор к ней не принадлежавших. Эти так называемые „мартовские“ кадеты сразу придали тактике партии особый, несвойственный ей характер». Конечно, на сегодняшний день еще никто не доказал, что «мартовские» кадеты — это бывшие октябристы, но не будет большой натяжкой искать дореволюционные политические симпатии этих людей в праволиберальном секторе.

Итак, деятельность октябристов была сосредоточена в Государственной думе. Но к 1916 году они разочаровались в способности Николая II довести войну до победного конца и выдвинули идею дворцового переворота. Однако осуществить его им помешала Февральская революция. После революции октябристы пытались спасти монархию. Гучков вошел во Временное правительство в качестве морского и военного министра, но через два месяца ушел в отставку, не согласившись с его политикой. Октябрьскую революцию октябристы не приняли. Большинство членов партии сражались за «белую идею» на полях Гражданской войны и закончили свою жизнь в эмиграции.

Читайте также:  Пластиковой панели ванна установка

Заключение

Партия октябристов была создана в ноябре 1905 года. Социальную базу партии составила интеллигенция, торгово-промышленная буржуазия, помещики. Лидером партии стал А. Ф Гучков. Численность партии составила 60−70 тысяч человек. Программа партии предполагала введение всеобщего избирательного права, независимый суд, уравнение всех сословий, постепенное улучшение положения рабочих, государственное страхование.

Экономическая программа октябристов была более умеренной, нежели у кадетов. Рассматривая частную собственность в качестве основы основ экономики, они, в отличие от кадетов, оговаривали частичное отчуждение помещичьей земли как самый крайний случай. Снять остроту аграрного вопроса в стране октябристы предлагали за счет уравнивания крестьян в правах с другими сословиями, переселенческой политики, продажи крестьянам государственных и удельных земель.

Союз 17 октября — чуть ли не единственная партия в России, не выдвигавшая требования 8-часового рабочего дня, ограничившая право рабочих на проведение стачек в отраслях, имевших государственное значение.

Многие историки расценивают октябристов и близкие к ним партии как консервативных либералов. И. В. Нарский оспаривает эту точку зрения. Как он считает, сам термин «консервативный либерализм» является слишком размытым и неточным для идентификации партийных образований. В российских условиях соединение понятий «либерализм» и «консерватизм» является аномалией, поскольку первое понятие было синонимом неблагонадежности и свободомыслия, а второе — «реакционности» и косности. Поэтому, опираясь на идеи Б. Н. Чичерина , Нарский предложил заменить близкие термины «консервативный либерализм» и «либеральный консерватизм» одним термином — «консервативный реформизм», предполагающим готовность к осторожным преобразованиям с опорой на «банальные максимы здравого смысла». К консервативно-реформистским объединениям он отнес Союз 17 октября, Партию мирного обновления, Партию правового порядка, Торгово-промышленную партию и ряд более мелких, местных образований, замкнув это направление на правом фланге Всероссийским национальным союзом.

Общий подход современной историографии к проблеме партийной классификации состоит в следующем. Все политические партии начала XX в. делятся на консервативные, либеральные и социалистические, что соответствует тем идеологическим доктринам, которыми они руководствовались в своем политическом поведении. С. В. Тютюкин отмечает, что это деление косвенно отражает и отношение партий к царской власти: поддержка, конструктивная оппозиция, полное отрицание. В оценке Союза 17 октября среди историков до сих пор нет единства, хотя большинство считает их правыми либералами.

Подобный подход не вызывает возражений, но при этом остается открытым другой вопрос — существовал ли единый либеральный политический лагерь от кадетов до октябристов, или все же их было два. Эту проблему обычно не анализируют, считая достаточным определить кадетов как левых либералов, а октябристов — как правых. При этом как бы подразумевается, что политических лагерей было все же три, что в принципе соответствует трем основным направлениям общественной мысли. Но тем самым неизбежно сглаживаются противоречия между кадетами и октябристами и создается впечатление отсутствия принципиальных различий между ними.

1. Аврех А. Я. , Столыпин и третья Дума, М., 2000 — 196 с.

2. Зуев М. Н. История России с древнейших времен до конца XX века, изд. 4, испр. и доп. — М.: Дрофа, 2007 — 896 с.

3. Исаев И. А. История государства и права России. М.: Юристъ, 1996 — 544с.

4. Ленин В. И. , Опыт классификации русских политических партий, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 14;его же, Третья дума, там же, т. 16; его же, Итог, там же, т. 20: его же, Два центра, там же; Союз 17 октября. Основная программа Союза 17 окт.//Ленин В. И. Полн . собр. соч.

5. Черменский Е. Д. , Буржуазия и царизм в революции 1905;1907 гг., 6 изд., М., 2008 — 279 с.

Источник

Евгений Спицын о либералах накануне русской революции

«Союз 17 октября», или «Октябристы», – одна из крупнейших и влиятельных партий праволиберального толка – был основан в октябре 1905 года Петром Гейденом, Дмитрием Шиповым, Александром Гучковым, Михаилом Родзянко и другими представителями крупной русской буржуазии и либеральной части дворянства. На его учредительном съезде, который состоялся в феврале 1906 года, были приняты устав и программа партии, а также выбраны руководящие органы. Первоначально председателем партии избрали Дмитрия Шипова, затем с октября 1906 года её возглавил Александр Гучков, а с марта 1910 года лидером партии стал Михаил Родзянко.

По мнению ряда историков (Валентин Дякин, Валентин Шелохаев), в рамках партии октябристов всегда существовало три основных течения: дворянско-земское, лидером которого выступал Дмитрий Шипов, торгово-промышленное во главе с Александром Гучковым и дворянско-бюрократическое, лидерами которого были барон Павел Корф и Михаил Красовский.

Группа депутатов Третьей Государственной думы - членов Союза 17 октября

Группа депутатов Третьей Государственной думы — членов «Союза 17 октября»

Общая численность партии составляла 75 тыс. человек, среди которых блистали такие видные персоны, как князь Николай Волконский, известный русский юрист и адвокат Фёдор Плевако, выдающийся русский историк и юрист Василий Сергеевич, известный русский архитектор Леонтий Бенуа, крупнейший русский банкир и предприниматель Павел Рябушинский, выдающийся русский философ князь Евгений Трубецкой, владелец знаменитой ювелирной фирмы Карл Фаберже, и другие. Центральными печатными органами партии являлись газеты «Голос Москвы», «Утро России» и «Новое время».

Основные программные установки октябристов выглядели следующим образом:

1) превращение России в наследственную конституционную монархию с сохранением двухпалатного парламента в составе Государственной думы и Государственного совета;

2) отрицание парламентского строя, то есть «конституционного» права формирования правительства партией парламентского большинства;

3) отказ от любых форм автономий и государственного федерализма и сохранение единой и неделимой России;

4) законодательное закрепление гражданских и политических прав и свобод и введение цензового избирательного права;

5) проведение аграрной реформы и решение проблемы крестьянского землевладения через передачу крестьянским комитетам пустующих казённых и удельных земель, разрушение крестьянской поземельной общины и введение частной собственности на землю и т.д.

За время своего недолгого существования партия октябристов пережила два серьёзных раскола. Первый произошёл в июле 1906 года, когда из её рядов вышли видные земцы Дмитрий Шипов, Пётр Гейден, Евгений Трубецкой, Николай Львов и другие октябристы, основавшие более левую Партию мирного обновления, которая заняла промежуточное положение между октябристами и кадетами. В конце 1907 года в III Государственной думе Партия мирного обновления объединилась с близкой ей по духу Партией демократических реформ, которую возглавлял влиятельный масон Максим Ковалевский, во фракцию прогрессистов, ставшую затем, в 1912 году, ядром новой Партии прогрессистов во главе с Александром Коноваловым и Иваном Ефремовым. Второй раскол в рядах октябристов произошёл в конце 1913 года, когда в рамках думской фракции возникли три постоянно конкурирующие группировки, которые условно можно обозначить как земцев-октябристов, правых октябристов и политического центра.

Партия октябристов всегда имела своё представительство в Государственной думе. Однако если в I и II государственных думах её фракция насчитывала от 16 до 32 членов, то после изменения избирательного закона и сокращения числа депутатских мандатов её представительство в III и IV государственных думах резко возросло: сначала их партийная фракция увеличилась до 154 членов, а после раскола партии — сократилась до 98 человек. Именно фракция октябристов фактически определяла характер всей законодательной работы российского парламента вплоть до начала Первой мировой. Обладая бесценной «золотой акцией», фракция октябристов попеременно блокировалась то с кадетами (Павел Милюков), то с умеренными националистами (Василий Шульгин). III Государственную думу возглавляли именно октябристы: Николай Хомяков (1907–1910), Александр Гучков (1910–1911) и Михаил Родзянко (1911–1912). Последний был и бессменным председателем IV Государственной думы (1912–1917).

Группа членов Союза 17 октября на вечере у члена Третьей Государственной думы А.И.Гучкова

Группа членов «Союза 17 октября» на вечере у члена Третьей Государственной думы Александра Гучкова

Между тем в августе 1915 года, после создания «Прогрессивного блока», партия октябристов фактически растворилась в этом блоке, и теперь её политический курс во многом определялся не мнением русского правительства и лидеров самой партии, а руководством объединённой масонской ложи «Великий восток народов России» (ВВНР), где первую скрипку играла руководящая «пятёрка» в составеАлександра Керенского (трудовик), Николая Некрасова (кадет), Александра Коновалова (прогрессист), Михаила Терещенко (прогрессист) и Ивана Ефремова (прогрессист).

Вообще следует сказать, что последние исследования ряда видных историков, в частности, профессора Александра Пыжикова («Питер — Москва: схватка за Россию», 2014), убедительно показали, что существенную роль в организации «Прогрессивного блока» сыграло именно московское купечество (Александр Гучков,Павел Рябушинский, Александр Коновалов, Сергей Третьяков, Сергей Смирнов), которое крайне негативно относилось к имперской бюрократии и монархии вообще. Эта взаимная вражда между петербургскими и московскими банкирами шла ещё с конца прошлого столетия, но решающая схватка за власть началась в годы Первой мировой войны. Причём, что примечательно, в борьбе с сановным Петербургом московское купечество вполне сознательно пошло на политический союз с «мировой закулисой», в частности, «Товариществом братьев Нобелей».

Более того, очень любопытен тот недавно установленный факт, что главным инициатором создания «Прогрессивного блока» выступил не кто иной, как многолетний Главноуправляющий землеустройством и земледелием, член Госсовета, гофмейстер Александр Кривошеин, который был женат на дочке Саввы Морозова — одного из столпов московской купеческой корпорации. Именно этот «столыпинский любимец» летом 1915 года добился от Николая II отставки ряда членов царского правительства, в том числе военного министра Владимира Сухомлинова, министра внутренних дел Николая Маклакова, главы Святейшего синода Владимира Саблера, а также председателя Госсовета Ивана Щегловитова. Однако затем из-за нового конфликта с премьером Иваном Горемыкиным он тоже вышел в отставку и в октябре 1915 года сконцентрировал своё внимание на работе «Прогрессивного блока».

Партия конституционных демократов — Партия народной свободы (кадеты) крупнейшая партия либеральной интеллигенции и буржуазии — оформилась на базе «Союза земцев-конституционалистов» и «Союза освобождения» в середине октября 1905 года, когда в Петербурге прошёл её I учредительный съезд, на котором были утверждены устав и программные тезисы партии, а также избран временный ЦК. Окончательно партия кадетов сформировалась в ходе II партийного съезда, который прошёл в январе 1906 года. На этом съезде была утверждена программа партии и избран постоянный ЦК. Председателем партии выбрали князя Павла Долгорукова, а её секретарём стал князь Дмитрий Шаховской, но фактическим лидером партии, который в 1907 году официально возглавил её ЦК, являлся известный русский историк Павел Милюков. В состав ЦК и думской фракции партии кадетов входили многие видные представители русской интеллигенции: известные русские историки, либеральные профессора Василий Ключевский, Александр Корнилов и Александр Кизеветтер, академик Владимир Вернадский, известные русские юристы, профессора Сергей Муромцев, Лев Петражицкийи Василий Маклаков, видные представители земского движения Иван Петрункевич, Фёдор Родичев и Андрей Шингарёв… Поэтому довольно часто партию кадетов называли «профессорской партией». Центральными печатными органами партии являлись газета «Речь» и еженедельник «Вестник партии народной свободы».

Читайте также:  Помощь при установке программ

Основные программные установки кадетов выглядели следующим образом:

1) принятие Конституции и законодательное закрепление принципа разделения властей;

2) установление конституционно-парламентской монархии, где парламент должен обладать исключительным правом формирования правительства, ответственного перед думским большинством;

3) сохранение унитарного государства, но предоставление компактно проживающим «инородцам» права на создание своих культурно-национальных автономий;

4) законодательное закрепление основных гражданских и политических прав и свобод и цензового избирательного права;

5) проведение аграрной реформы и решение проблемы крестьянского землевладения за счёт частичной конфискации помещичьих земель и безвозмездной передачи в государственный земельный фонд казённых, удельных и монастырских земель.

Партия кадетов всегда была представлена собственной фракцией во всех четырёх составах Государственной думы. Однако если изначально она занимала лидирующие позиции в русском парламенте, а её представители — профессора-юристы Сергей Муромцев и Фёдор Головин — возглавляли I и II государственные думы, то в последующем она уступила своё первенство правым и октябристам. Причём довольно часто в III и IV государственных думах, где их фракция в союзе с прогрессистами насчитывала более 100 членов, она блокировалась с октябристами по тем вопросам, которые инициировались царским правительством.

В целом тактика кадетов всегда носила чисто конъюнктурный характер и резко менялась в зависимости от политической ситуации в стране. Например, сразу после разгона I Государственной думы, когда почти все члены кадетской фракции подписали знаменитое «Выборгское воззвание», они открыто встали в оппозицию к самодержавному режиму, поскольку надеялись ещё «половить рыбку в мутной воде» в условиях продолжавшейся революции. Хотя гораздо чаще, по образному выражению самого Петра Милюкова, кадеты были «оппозицией Его Величества, а не Его Величеству».

Манифест 17 октября 1905 года

В августе 1915 года лидер кадетов Милюков выступил инициатором создания в IV Государственной думе либерального «Прогрессивного блока», в состав которого вошли шесть думских фракций: кадеты, прогрессисты, левые октябристы, часть правых октябристов-земцев, центристы и левые националисты. Вне пределов блока остались только правые монархисты и националисты, а также социал-демократы-меньшевики и трудовики. Причём последние две фракции левого толка, хотя и называли этот фракционный союз «жёлтым блоком», фактически были солидарны с ним.

Говоря о политическом развитии России в начале ХХ века, мы не вправе обойти стороной вопрос о русских масонах. После официального закрытия в 1822 году всех масонских лож в России в 1870–1890-х годах адепты «вольных каменщиков» подвизались в многочисленных заграничных, прежде всего французских ложах, таких как «Взаимопомощь», «Соединённые друзья», «Космос», «Гора Синай» и других. Более того, один из видных представителей русского масонства Максим Ковалевский в 1901 году основал в Париже «Русскую школу общественных наук». Через неё прошло более 400 «студентов», многие из которых впоследствии составили костяк масонских лож в России. При этом необходимо особо отметить тот факт, что, по мнению большинства историков (Виктор Брачев, Виктор Острецов), именно в этот период были утрачены прежние традиции эзотерического масонства, и оно приобрело ярко выраженный политический характер, главной задачей которого стало «освобождение России от царского самодержавия».

В ноябре 1906 года в Москве и Петербурге открылись первые масонские ложи «Возрождение» и «Полярная звезда», в которые входили многие известные политики и деятели искусства. В мае 1908 года произошла инсталляция русских лож в состав «Великого востока Франции», а чуть позже открыты новые масонские ложи, в том числе «Северное сияние», «Заря Петербурга», «Истина», «Звено одной цепи», «Военная ложа».

В ноябре 1908 года в Санкт-Петербурге состоялся I съезд масонов, на котором присутствовали 60 «вольных каменщиков». На этом съезде были созданы два руководящих органа русского масонства: Верховный совет, председателем которого избрали князя Сергея Урусова, и «Совет 18-ти» для братьев высоких степеней, который возглавил князь Давид Бебутов.

В феврале 1910 года по решению масонского конвента все ложи «Великого востока Франции» объявили себя «уснувшими» и прекратили своё существование. Усыпление старых франкмасонских лож позволило реформаторам во главе с одним из лидеров кадетов Николаем Некрасовым избавиться от мешавшего им балласта — адептов нравственного масонства — и существенно обновить свои ряды.

В 1910–1911 годах было создано несколько новых масонских лож, среди которых особое место занимали петербургские городская ложа «Малая медведица» и думская ложа «Роза», членами которой были кадеты (Николай Некрасов, Александр Колюбакин, Василий Степанов), прогрессисты (Александр Коновалов), меньшевики (Николай Чхеидзе, Евгений Гегечкори, Матвей Скобелев) и трудовики (Александр Керенский). Таким образом, начинается новый этап в развитии русского масонства, которое окончательно превратилось во влиятельную политическую силу.

Летом 1912 года состоялся учредительный съезд «Великого востока народов России» (ВВНР), объединивший все существующие масонские ложи и избравший Верховный совет, генеральным секретарём которого стал Николай Некрасов. Летом 1913 года прошёл II съезд «Великого востока народов России», на котором были приняты устав масонского ордена, определены его главные задачи и избран новый генеральный секретарь — Александр Колюбакин.

Зимой 1913–1914 годов в составе «Великого востока» возникла «Военная ложа», в которую, по уточнённым данным (Виктор Брачев), вошли многие известные генералы. Кроме того, членом «Военной ложи» являлся и один из лидеров октябристов Александр Гучков, традиционно поддерживавший самые тесные отношения с генералами и офицерами Генерального штаба и военного министерства.

Alexander_Guchkov2

Александр Гучков

По мнению большинства историков (Виталий Старцев, Виктор Брачев), с 1915 года происходит резкое полевение «Великого востока народов России», а его установки принимают более радикальный характер. В частности, если раньше масоны не ставили своей целью революционную смену самодержавного режима, то теперь уничтожение монархии путём государственного переворота объявлялось приоритетной задачей. Именно в этот период в масонские ложи вступают представители политических партий ярко выраженной левой направленности, а генеральным секретарём Верховного совета на III съезде «Великого востока народов России» (1916) избирается трудовик Александр Керенский.

Надо сказать, что в отечественной исторической науке существуют различные оценки российского масонства, его места и роли в русской истории. Одни историки, в основном представители патриотического направления в отечественной историографии (Николай Яковлев, Олег Платонов, Виктор Острецов), крайне негативно оценивают роль масонов в истории России, и особенно в трагических событиях 1917 года. Другие историки, представители как социалистического, так и либерального лагерей (Исаак Минц, Арон Аврех), отрицали значимую роль масонов в российской истории вообще и в событиях 1917 года в частности и называли любые попытки своих оппонентов опровергнуть это утверждение «метаморфозами масонской легенды». Наконец, третья группа историков (Виталий Старцев, Виктор Брачев) говорит о том, что нельзя как абсолютизировать значение и роль масонских лож в данный период, так и недооценивать их политического влияния и роли в русской революции.

Источник

Партия октябристов как праволиберальный фланг политического олимпа России

Начало 20 века ознаменовалось для Российской империи бурным социально-политическим движением в массах, среди интеллигенции, даже крупные магнаты были недовольны сложившейся политико-экономической ситуацией, что и выявилось в ходе революции 1905-1907 годов. Одним из важнейших ее завоеваний можно смело назвать политический плюрализм. А одним из его проявлений стала партия октябристов.

партия октябристов

Предпосылки образования партии октябристов

Еще в период после либеральных реформ девятнадцатого столетия в России стали появляться движения и политические кружки либерального характера, все они носили очень разнообразный характер и не были системными. Активное развитие капиталистических отношений после 1861 года привело к мощной индустриальной революции. Все более значимым становится новый класс собственников-фабрикантов. В ходе буржуазных революций и реформ к власти почти во всех европейских странах пришла буржуазия. Произошли существенные изменения в политических системах; общее избирательное право, независимый суд, разные способы политических действий, чего нельзя сказать о России. Фактически буржуазия была лишена возможности каким-либо образом оказывать влияние на политические решения, что, конечно, абсолютно не устраивало российских промышленников.

политическая партия октябристы

Формирование октябристской партии

Среди российских либералов, как уже отмечалось выше, не было единства, и постепенно между ними начинается размежевание, которое обострилось и закончилось уже в результате революционных событий начала прошлого века. 17 октября 1905 года император подписывает манифест об изменении политических основ Российской империи. Так появилась партия октябристов. Она в основном состояла из крупных предпринимателей, торговцев, помещиков, сразу поддержала царский манифест и считала, что революция добилась поставленных целей. Партия октябристов перешла на сторону правительственного лагеря и больше не поддерживала революционные лозунги. Лидер партии октябристов А. И. Гучков происходил из семьи крестьян, в конце 19-го века занялся финансовой деятельностью и вскоре его успехи позволили ему занять пост председателя правления купеческого банка Москвы. Его позиция в деле реформ российской политической действительности была весьма умеренной и сводилась к эволюционному изменению общественной системы.

лидер партии октябристов

Программа партии Союз 17 октября

Партия октябристов выдвинула собственную программу переустройства России. Основными ее положениями были:

  • Сохранение единства и неделимости России в форме конституционной монархии.
  • Равное избирательное право.
  • Гарантии соблюдения гражданских прав.
  • Создание государственного земельного фонда для помощи малоземельным хозяйствам.
  • Независимый и справедливый суд.
  • Развитие системы национального образования, транспортной системы.

Российская средняя буржуазия и партия октябристов между собой не ладили вовсе, об этом свидетельствует появление торгово-промышленной партии, которая в себе сосредоточила основную часть средних слоев российского общества. С годами неверная тактическая борьба с оппонентами, а в дальнейшем скатывание в своих взглядах к радикально настроенным монархистам не позволили ей занять сколь-нибудь важные позиции. Эта политическая партия (октябристы) исчезает с политической арены в 1917 году.

Источник

Adblock
detector